Судебная практика по единственному жилью

Содержание

Верховный Суд РФ о включении единственного жилья должника в конкурсную массу. Из первых уст

Судебная практика по единственному жилью

Вчера, 22.11.2018г. Верховный Суд Российской Федерации направил на новое рассмотрение обособленный банкротный спор по вопросу исключения из конкурсной массы жилого помещения, являющегося для гражданина-банкрота единственным (№ 305-ЭС18-15724 (1)).

Корреспондент Интерфакс, присутствующая в зале заседания, в статье «ВС РФ допустил изъятие у граждан-банкротов единственного жилья» не раскрыла всех, существенно важных обстоятельств дела, которые стали основанием для отмены ранее вынесенных судебных актов.

В данной статье раскроем подробности обстоятельств дела, позволивших пересмотреть сложившуюся судебную практику по делам об исключении из конкурсной массы банкротов единственного жилья.

По своей сути, данное дело является уникальным, исключением из общего правила о безусловном имущественном (исполнительском) иммунитете на единственное жилье, который предусмотрел законодатель как в исполнительном производстве, так и в банкротном процессе.

Так, при принудительном исполнении судебных актов в отношении должника, судебные приставы-исполнители руководствуются статьей 79 Федерального закона «Об исполнительном производстве», исключающей имущество, на которое не может быть обращено взыскание.

В банкротном законодательстве предусмотрена аналогичная статья – пункт 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», которая также содержит ссылку на имущество, которое не подлежит включению в конкурсную массу гражданина-должника и не подлежит реализации на торгах.

В свою очередь, оба федеральных закона отсылают к одной норме, содержащей перечень имущества, на который распространяется безусловный имущественный (исполнительский) иммунитет, – к статье 446 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Согласно положениям части 1 статьи 446 ГПК РФ, помимо прочего закрытого перечня, упоминается и жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

В настоящем споре кредитор в кассационной жалобе в Верховный Суд Российской Федерации обращал внимание судей на недопустимость применения к спорной квартире, принадлежащей гражданину-банкроту Фрущаку А. В., имущественного (исполнительского) иммунитета, поскольку имеет место злоупотребление правом.

При этом, в судебной практике отсутствуют разъяснения относительно применения положений статьи 213.

25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при рассмотрении арбитражными судами ходатайств должников об исключении из конкурсной массы единственного жилья при наличии в их действиях, предшествовавших банкротству и в процессе банкротства, признаков злоупотребления правом, выраженных в выводе единственного ликвидного актива из конкурсной массы с целью недопущения его последующей реализации для удовлетворения требований кредиторов.

Также, представители кредитора ссылались на то, что не могут положения двух федеральных законов, отсылающих к единому процессуальному исключению, противоречить друг другу.

При невозможности применения части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в исполнительном производстве по причине установленного судами злоупотребления должником правом и отказе в защите прав на общих основаниях, суды в банкротстве того же должника по его же заявлению при решении вопроса о применении пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» должны оценивать действия должника в призме статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

К проверке добросовестности должника отсылают выводы, изложенные в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-15813 (2) от 08.06.2018г.

Так, институт банкротства граждан предусматривает исключительный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов, который позволяет гражданину заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, но при этом в определенной степени ущемляет права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им удовлетворения. В связи с этим к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с Судом.

В данном же случае спорная квартира ранее проверялась судами общей юрисдикции на соответствие признакам единственного жилья должника при попытке передачи ее судебным приставом-исполнителем на реализацию в рамках исполнительного производства, не завершенного как раз по причине подачи Фрущаком А.В. в Арбитражный суд города Москвы заявления о признании его банкротом.

Источник: https://zakon.ru/blog/2018/11/23/verhovnyj_sud_rf_o_vklyuchenii_edinstvennogo_zhilya_dolzhnika_v_konkursnuyu_massu_iz_pervyh_ust

Вс рф разъяснил, что можно делать с единственным жильем должника

Судебная практика по единственному жилью

Судебная коллегия по гражданским делам ВС разобрала жалобу должника на действия пристава. Он арестовал единственную жилплощадь должницы, а та посчитала, что это нарушает ее права.

ВС РФ разрешил автосалонам не выдавать гражданам подменный автомобиль

Ситуация с взысканием долгов сегодня актуальна для многих. Долги надо возвращать. Особенно по решению суда. На это и существует служба судебных приставов. Но всегда ли их действия правомерны? Практически все должники знают, что единственное жилье трогать запрещено. Так ли это на самом деле, и какие действия пристав имеет право совершать с квартирой должника, не нарушая при этом закон?

В районном суде Петербурга было вынесено решение по иску против местной жительницы. Она по решению суда обязана была вернуть немалый долг. Пристав завел исполнительное производство и арестовал земельный участок и часть дачи гражданки. Их продали, и деньги ушли на погашение долга.

Но этих средств на все погашение не хватило, и пристав наложил арест на квартиру, где жила должница с ребенком.

Но с арестом квартиры ответчица не согласилась. Она пошла в другой райсуд с заявлением, в котором оспаривала вынесенное приставом постановление по аресту жилья. В обоснование своего иска гражданка написала, что квартира – единственное место проживания для нее и ее маленького сына, поэтому ее нельзя арестовать.

Районный суд с этим заявлением согласился.

В своем решении суд первой инстанции сказал, что согласно статьи 79 Закона об исполнительном производстве взыскание не может быть обращено на принадлежащее должнику на праве собственности имущество, перечень которого установлен в Гражданском процессуальном кодексе. Единственное пригодное для постоянного проживания помещение включено в этот список (статья 446 ГПК.)

ВС РФ признал законным отказ в оформлении загранпаспорта уголовникам

“Поскольку на спорную квартиру как на единственное место жительства должника не может быть обращено взыскание, то арест на имущество, на которое не может быть обращено взыскание, не может быть использован как самостоятельная мера принудительного исполнения и не может привести к исполнению решения суда”, – записано в решении районного суда.

Кредитор и судебный пристав обиделись на такой вердикт и написали жалобу в Санкт-Петербургский городской суд.

В апелляции сказано, что арест квартиры был сделан “не с целью обращения на него взыскания, а как самостоятельная мера принудительного исполнения, предусмотренная законом об исполнительном производстве”. Но горсуд не поддержал пристава и кредитора.

Апелляция заявила, что их довод “основан на неверном толковании действующего законодательства”. Суд сказал, что предпринятая приставом мера не входит в перечень оснований для наложения ареста.

Поэтому “довод о правомерности наложения ареста с целью принуждения должника к фактическому исполнению требований исполнительного документа не соответствует действующему законодательству” – записано в апелляционном решении. А еще горсуд сказал, что наложение ареста для обеспечения сохранности имущества в нашем случае лишено юридической значимости, поскольку “такой арест в настоящем деле не может привести к исполнению решения суда”.

Кредитор с такой формулировкой также не согласился и пошел дальше и выше – в Верховный суд РФ. А там, прочитав это дело, заявили следующее – акты питерских судов неправильные и подлежат отмене, поскольку их выводы основаны “на неправильном толковании норм материального права”.

В своем определении Судебная коллегия по гражданским делам указала, что арест в качестве исполнительного действия может быть наложен приставом “в целях обеспечения исполнения решения суда, содержащего требования об имущественных взысканиях” (статьи 64 и 80 Закона об исполнительном производстве). По мнению Верховного суда, несмотря на то что в статье 446 ГПК запрещается обращать взыскание по исполнительным документам на единственное жилье должника, арестовывать такое жилье можно, потому как арест взысканием не является. Это разные действия.

По мнению коллегии, суд первой инстанции и апелляция ошибочно поставили знак равенства между запретом на совершение с квартирой регистрационных действий и мерами принудительного исполнения. В решении Верховного суда сказано, что “из постановления судебного пристава-исполнителя видно, что оно вынесено в целях обеспечения исполнения решения суда”.

И суд уточнил, что ограничения права пользования квартирой и обращения на нее взыскания, а именно – изъятия квартиры и ее реализации либо передачи взыскателю, этот арест не предусматривает. Жить как жила должница в своей квартире может спокойно, но после наложения ареста женщина не сможет распорядиться жильем. То есть продать его, подарить или поменять.

Верховный суд РФ разрешил увольнять военных за опоздание из отпуска

Верховный суд в этом деле использовал постановление Пленума “О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства” (ноябрь 2015 года).

В том постановлении сказано, что арест жилого помещения, являющегося единственным для постоянного проживания должника-собственника и его семьи, равно как и установление запрета на распоряжение этим имуществом (в том числе вселение и регистрацию иных лиц), не могут быть признаны незаконными, если эти меры приняты судебным приставом-исполнителем, чтобы должник не мог распорядиться недвижимостью в ущерб интересам взыскателя. (Дело N 78-КГ15-42)

Источник: https://rg.ru/2016/02/23/vs-rf-raziasnil-chto-mozhno-delat-s-edinstvennym-zhilem-dolzhnika.html

Обращение взыскания на единственное жилье

Судебная практика по единственному жилью

На практике существуют ситуации, когда у должника-физического лица (индивидуального предпринимателя) нет имущества. Нет имущества, достаточного для погашения требований кредиторов. Кроме единственного жилья. Однако ст. 446 ГПК РФ предусматривает невозможность обращения на такое жилье.

На этом обсуждение вопроса можно было бы прекратить. Кредитор оказывается с неудовлетворенными полностью требованиями и вынужден довольствоваться малым или вообще ничем. Однако в практике арбитражных судов и судов общей юрисдикции есть случаи и способ толкования правовых норм, приводящих к возможности обращения взыскания на единственное жилье.

Все случаи предлагаю условно разделить на две группы. В первой – единственное жилье является предметом ипотеки по нецелевому кредиту (займу); во второй – единственное жилье не было передано в залог. Именно о первой группе пойдет речь.

Однако прежде чем делиться существующей практикой, напомним, что в Постановлении КС РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П разъяснено, что по-прежнему существует имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении единственного помещения.

Но формальное, недифференцированное его применение не соответствует тому балансу прав кредитора и должника в существующих общественных отношениях. Существующие изъятия в иммунитете установлены Федеральным законом от 16 июля 1998 г.

№ 102-ФЗ “Об ипотеке (залоге недвижимости)” (далее – закон об ипотеке).

По моему мнению, до недавнего времени повсеместно действовал подход, согласно которому обращение взыскания на единственное жилье, являющееся предметом ипотеки, было возможно только в случае целевого кредита (займа). Подобный подход основывался на толковании специальной нормы, содержащейся в п. 1 ст. 78 закона об ипотеке.

Между тем, в Определении СК по гражданским делам ВС РФ от 29 мая 2012 г. № 80-В12-2 п. 1 ст. 78 закона он ипотеке был истолкован в совокупности с п. 2 ст. 6 и п. 1 ст. 50 этого же закона.

И был сделан вывод о том, что “обращение взыскания на заложенную квартиру возможно как в случае, когда такая квартира заложена по договору об ипотеке (независимо от того на какие цели предоставлен заем (кредит)), так и по ипотеке в силу закона; наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом ипотеки (договорной или законной)”. Указанные выводы содержатся и в более поздних судебных актах ВС РФ, например, в Определении ВС РФ от 6 августа 2013 г. № 24-КГ13-4.

Подобные выводы могут привести к тому, что в случае, если жилое помещение является предметом ипотеки (без разницы какой и в обеспечение какого обязательства), то обратить взыскание на единственное жилье становится возможно.

Следовательно, обращение взыскание, переход права собственности от должника на новое лицо, прекращение права пользования жилым помещением приводит к такому пониманию баланса интересов кредитора и должника, когда в выигрыше все же остается первый.

Должник же остается без жилья и на улице.

Можно было бы сказать, что вышеуказанное определение является лишь единичным случаем. Либо, что понимание выводов, изложенных в данной статье, неверное. Возможно и такое. Однако я вижу подтверждение изложенному и в других делах, о чем уже сообщил ранее, и не только в практике судов общей юрисдикции.

Помимо изложенного, этот же подход был обнаружен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 26 ноября 2013 г. по делу № А65-15362/2009-СГ4-39, когда суд прямо указал, что из п. 1 и п. 2 ст. 6, п. 1 ст.

50 закона об ипотеке следует, что “залогодержатель вправе обратить взыскание на квартиру, заложенную по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этой квартиры требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, причем независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит); сам по себе факт наличия у гражданина-должника жилого помещения, являющегося для него и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания, не препятствует обращению взыскания на него, если оно обременено ипотекой. Пункт 1 ст. 78 закона об ипотеке регулирует лишь особенности прекращения права пользования жилым домом или квартирой при обращении залогодержателем взыскания на них в ситуации, когда дом или квартира были заложены по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита или целевого займа, предоставленных банком или иной кредитной организацией либо другим юридическим лицом на приобретение или строительство таких или иных жилого дома или квартиры, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение. Выводы судов о том, что положения указанного пункта устанавливают исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания помещения, переданного в ипотеку, ошибочны”.

Ловкость рук и никакого мошенничества, наверное, так можно было бы подумать? Тем не менее, толкование правовых норм, допускающих изъятия в иммунитете и обращение взыскания на единственное жилье возможно. Хотя, напомним, что в Постановлении КС РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П о таком варианте толкования мы ничего не нашли.

На мой взгляд, такое толкование ст. 6, ст. 50, ст. 78 закона об ипотеке является спорным. Особо в контексте разъяснений КС РФ. Тем более, что суды признают ничтожность договора залога единственного жилья, заключенного в обеспечение обязательств по нецелевому кредиту, займу.

А значит, все-таки презюмируется приоритет конституционных прав должника и императивность ст. 446 ГПК РФ.

Однако на практике можно все может оказаться иначе, если суд не увидит различий в рассматриваемых делах и схожесть обстоятельств дела приведет к однозначному применению невыгодного для должника толкования.

Каждому участнику гражданского или арбитражного процесса стоит быть активными. Активными в нападении и защите.

Источник: https://www.garant.ru/ia/opinion/author/vetrov/538041/

Проблема единственного жилья в делах о банкротстве граждан

Судебная практика по единственному жилью

17.06.20

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

Как известно, в отношении единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, не обремененного ипотекой (далее — единственное жилье), действует исполнительский иммунитет. В случае банкротства гражданина такое единственное  жилье исключается из его конкурсной массы (пп.3 ст.213.25 Закона о банкротстве).

Исполнительский иммунитет основан на абз.2 ч.1 ст.

446 ГПК РФ, согласно которому “Взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание”.

На практике между кредиторами и должником возникают ожесточенные споры по поводу того, исключать или нет из конкурсной массы то или иное жилое помещение, принадлежащее должнику. 

Такие споры возникают, когда выясняется, что в собственности должника имеется:

— несколько жилых помещений разной стоимости;

— одно жилое помещение, но слишком большой площади или стоимости;

— одно жилое помещение, а в собственности члена его семьи — другое.

Как разрешать такие споры закон прямо не определяет, отдавая это на откуп судебной системе.

Пленум Верховного Суда РФ в п.39 постановления от 13.10.2015 N 45 сформулировал генеральный принцип, который должны соблюдать суды при рассмотрении дел о банкротстве граждан: “суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника (в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности)”.

На основе этого принципа нижестоящие суды выработали определенные подходы для разрешения подобных споров. Рассмотрим их на примере трех вышеуказанных типовых ситуаций. 

В собственности должника имеется несколько жилых помещений разной стоимости

В п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.

2018 N 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» указано: “при наличии у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимости как удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, обеспечения указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их социально-экономических прав”.

При определении того, какое именно жилое помещение следует наделить статусом единственного жилья, суды, как правило, руководствуются следующим.

Для определения единственного жилья место регистрации должника значение не имеет

Суды в большей степени учитывают, где фактически проживал и проживает должник.

Единственное жилье должно быть пригодным для постоянного проживания не только гражданина-должника, но и членов его семьи

Суды учитывают, что члены семьи собственника жилого помещения имеют равное с собственником право пользования данным жилым помещением (ч.2 ст.31 ЖК РФ).

Должнику и членам его семьи должны быть обеспечены нормальные условия существования и гарантии их социально-экономических прав (п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48).

Кого следует относить к членам семьи собственника жилого помещения разъяснено в п.11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.

2009 N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ».

При определенных условиях к ним можно отнести и дальних родственников, и даже “сожителей” (решающее значение в данном случае имеет факт ведения общего хозяйства и единого бюджета).

Бремя доказывания наличия у должника членов семьи в понимании ч.1 ст.31 ЖК РФ ложится на должника.

В целях определения пригодности жилья для постоянного проживания суды учитывают его санитарно-гигиеническое состояние. Также некоторые суды проверяют соблюдается ли “учетная норма площади жилого помещения” в расчете на каждого жильца (ч.4 ст.50 ЖК РФ). Эта норма устанавливается органом местного самоуправления.

Для соблюдения “учетной нормы” суды проверяют, кто фактически проживает в жилом помещении (факт регистрации имеет второстепенное значение). 

Если накануне банкротства должник формально зарегистрировал в квартире в качестве членов семьи своих родственников, то суды расценивают это как злоупотребление правом и не учитывают их при определении минимально необходимой площади единственного жилья. В этом случае суды проверяют, утратили ли новоявленные члены семьи должника возможность пользования жилыми помещениями, из которых они прибыли в спорную квартиру и с какими обстоятельствами была связана их перерегистрация.

Местом жительства несовершеннолетних признается место жительства их родителей (п.2 ст. 20 ГК РФ).

Надо отметить, что далеко не все суды применяют учетную норму площади жилого помещения при определении единственного жилья. 

Так, рассматривая иск об обращении взыскания на долю в праве собственности на жилой дом и земельный участок СКГД Верховного Суда РФ в Определении от 11.07.

2017 N 78-КГ17-28 указала, что “существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение и не подлежат использованию в качестве ориентиров при применении имущественного (исполнительского) иммунитета в отношении жилого помещения”.

Источник: https://advokat-poluektov.ru/publish/problema-edinstvennogo-zhilya-v-delax-o-bankrotstve-grazhdan/

4 случая, когда за долги заберут единственное жилье

Судебная практика по единственному жилью
Фото из открытых источников

Единственное жилье МОГУТ забрать за долги в разных случаях. Конечно, это не частое явление, но в статье я описываю 4 ситуации, в которых суд принял решение забрать единственное жилье (номера решений я указал, если Вы захотите их почитать).

В каких случаях жилье НЕ могут забрать в счет долга

Взыскание не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместнопроживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

Дальше читайте про исключения из этого правила.

Роскошное единственное жилье заберут

Неофициально есть такое понятие – «роскошное жилье». Это когда жилье или слишком дорогое или слишком хорошее. Я писал о таких случаях в статье «Как кредиторы забирают единственное жилье».

При этом официально понятие «роскошное жилье» нигде не закреплено. Скоро Минюст России подготовит законопроект с его определением.

И тогда достаточно дорогие единственные квартиры и дома потеряют защиту от продажи окончательно, на чем уже давно настаивает Конституционный суд.

Сейчас подобные дела доходят до Верховного суда, и кредиторы забирают такое жилье у должников (пример: Определение ВС РФ от 29.11.2018 № 305-ЭС18-15724 по делу № А40-67517/2017).

Жилое помещение

В суде выяснилось, что единственное жилье должника использовалось частично как гостиница. То есть использовалось для предпринимательской деятельности.

Тут все понятно, такая коммерция перед судом «не прокатила», но тему можно развить… А что если выяснится, что должник сдавал в аренду комнату или, тем более, квартиру/дом целиком? Сейчас сдача в аренду квартиры или комнаты должна оформляться как минимум налогом «самозанятого» лица.

А ведь это тоже предпринимательская деятельность. Такие прецеденты уже есть, например, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.09.2019 № Ф04-3672/2019 по делу № А27-19579/2016.

BBVORONIN.RU – мой проект для тех, кто хочет больше узнать или нуждается в помощи с кредитами и долгами. На сайте Вас ждет:– бесплатный полезный блог;
– возможность принять участие в вебинареили
– получить индивидуальную консультацию.

Совместно проживающие члены семьи

Если в суде выяснится, что у членов семьи должника, проживающих в бóльшей по площади квартире, есть свое собственно жилье, то они перестают учитываться в деле.

Или доказывается, что они по факту не проживают у должника и даже если не имеют свое собственное жилье, но и не нуждаются в нем (живут, например, в квартире жены). Таким образом оказывается, что в бóльшей по площади квартире (сейчас синоним «роскошной») живет лишь должник.

Тогда должнику покупают значительно меньшую квартиру, а его большая квартира продается. И такие решения суда уже есть: Постановление АС Уральского округа от 29.05.2020 по делу № А60-56649/2017.

Проживающие вне единственного жилья

Должник имеет единственное жилье, но не проживает в нем, а живет, например, за границей. Где именно он там живет – неизвестно. Главное, он не живет в «единственном» жилье, а появляется в нем эпизодически. Квартира уже оказывается не единственным жильем и продается в погашение долга.

Дачный дом как единственное жилье

Если на даче удалось прописаться, значит была проведена экспертиза, и дом был признан пригодным для постоянного проживания. Но по умолчанию дачный дом таковым не является. Получается, его не удастся сохранить при распродаже имущества. Пример такого случая – Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 03.12.2019 № Ф06-27583/2017 по делу № А55-3404/201.

Апартаменты

В Москве и, думаю, во многих других крупных городах немалая доля недвижимости имеет форму апартаментов. Формально они сейчас не попадают под определение «защищенного жилья», данного в начале статьи, а значит будут проданы.

Чего опасаться должнику

Распродажа имущества происходит в целях оплаты долгов в ходе процедуры банкротства должника, которую может инициировать как сам должник, так и кредитор. Иными словами, банкротство может нагрянуть против Вашего желания.

Должник, помни!

Закон о банкротстве был придуман не для списания долгов, а для возращения нищего, разорившегося человека к общественной жизни, чтобы он не покончил с собой из-за непосильных долгов.

Поэтому судебная практика идет по пути, когда у банкрота не должно остаться ни денег, ни какого-либо имущества. А если оно и останется, то только из-за «недоработки» кредитора.

Ну а юристы-банкротчики продолжат обещать «золотые горы».

В статье использованы материалы АРБИТРАЖ.РУ

Переходите на сайт BBVORONIN.RU, подписывайтесь на мой блог в Дзене, читайте лайфхаки, расследования и разборы актуальных тем.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/borisvoronin/4-sluchaia-kogda-za-dolgi-zaberut-edinstvennoe-jile-5f4b5b222e211011a8874078

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.